art_of_arts
art_of_arts Arthur Kalmeyer
Артур Кальмейер
АМЕРИКАНЦЫ ШУТЯТ О ФРАНЦИИ И ФРАНЦУЗАХ
“Если речь идёт о моём понимании, война всегда означает поражение.” – Жак Ширак, Президент Франции.
“Если речь идёт о Франции, он прав!” – Раш Лимбоу.
“Я согласился бы встретиться лицом к лицу с германской дивизией, чем иметь французскую дивизию за моей спиной” – Генерал Джордж С. Паттон
“Отправляться на войну без Франции на нашей стороне – всё равно что идти на охоту без аккордеона.” – Генерал Норман Шварцкопф.
“У нас есть выбор: мы можем продолжать стоять здесь, как французы, или мы можем что-то делать по этому поводу.” – Мардж Симпсон
“Единственно когда Франция не возражает против того, чтобы США ввязывались в войну, это когда германская армия распивает кофе за столиками в Париже” – Реджис Филбин
“Французы – толпа похожих на обезьян субъектов малого росточка, одетая в среднем не лучше, чем граждане Балтимора. Правда, у них можно сидеть снаружи кафе и мелкими глоточками тянуть кофе – но я ума не приложу, чем это лучше, чем сидеть внутри и пить виски большими глотками.” – П. Дж. О’Рорк
“Знаете ли, французы немного напоминают мне стареющую актрису 1940-х годов, которая всё старается, чтобы её угостили обедом за смазливое личико, не понимая, что лица-то уже нет.” – Джон МакКейн, сенатор от Аризоны.
“Единственный способ заманить французов на нашу сторону – это сказать им, что мы нашли трюфеля в Ираке” – Деннис Миллер
Знаете, почему французы против того, чтоб разбомбить Саддама? – Потому что он ненавидит Америку, имеет кучу любовниц и носит берет. Эй, люди – да он же француз!” – Конан О’Брайен
“Я не понимаю, почему вы, люди, так удивлены тем, что Франция отказалась помочь нам выкинуть Саддама из Ирака. В конце концов, Франция даже не напряглась, чтобы помочь нам выкинуть немцев из Франции.” – Джей Лено
Старая американская пословица: Те, кому нравятся французы, поднимите правую руку. Поднимите обе руки, если вы француз.
В следующий раз, если в Европе разыграется очередная война, пусть победитель заберёт себе Францию.
Вопрос: Для чего может пригодиться Франция в качестве союзника в войне с террором?
Ответ: Французы могли бы обучить террористов, как нужно сдаваться.
Вопрос: Сколько французов нужно, чтобы защитить Париж от врага?
Ответ: Неизвестно – нет исторического прецендента.
Вопрос: Почему в европейском Дисней-парке в Париже не устраивают фейерверков?
Ответ: Потому что при звуках выстрела начинается паника – все французы бегут сдаваться.
Вопрос: Для чего французы насадили липы на Елисейских Полях?
Ответ: Чтобы немцы могли маршировать с комфортом в тени деревьев.
Вопрос: Сколько передач у французского танка?
Ответ: четыре задних и одна передняя – на случай, если враг вздумает атаковать с тыла.
Вопрос: Как распознать французского солдата?
Ответ: По выгоревшим от солнца подмышкам.
Вопрос: Как назвать сто тысяч французов с поднятыми руками?
Ответ: Французская армия.
На электронном аукционе «eBay» выставлена на продажу французская винтовка за огромную сумму – её только раз уронили на землю и из неё никогда не было сделано ни одного выстрела.
За фюрера воевало больше французов, чем против.
Есть очень много героических фильмов про «маки» – партизан французского Сопротивления. Кино довольно эпичное, и часто показывает тяжёлые бои между гитлеровской армией и местными повстанцами: такого масштаба и зрелищности, что «Игра престолов» обзавидуется. Наши ленты советского времени тоже прославляли жителей Франции как союзников – например, «Нормандия-Неман». Да, действительно: были и партизаны, и герои, и лётчики, воевавшие в советской армии. Однако замалчивается, сколько французов встало на сторону Гитлера. И в этом вся проблема…
Один труп за один год
Франция сдалась немецким войскам 22 июня 1940 года, продержавшись против бронетанковой армады нацистов лишь 43 дня. Вскоре в городе Виши было основано профашистское правительство во главе с маршалом Анри Петеном, после встречи с Гитлером провозгласившим курс на сотрудничество («коллаборацию») с Третьим рейхом.
В октябре 1940-го абвер (служба немецкой разведки) прекратил приём внештатных осведомителей во Франции: в стране и без того уже насчитывалось… 32 000 «стукачей», опутавших сетью все города, информируя оккупантов о «подозрительном поведении» соседей. 3000 французов записались в «Легион добровольцев против большевизма», и отправились воевать в СССР: эти части понесли тяжёлые потери под Москвой. В 1944 году была основана дивизия СС «Шарлемань» («Карл Великий») – туда вступили 7 000 французских граждан: по иронии судьбы, многие эсэсовцы из Франции в конце апреля 1945-го защищали в Берлине рейхстаг, и сложили там головы.
В 1943-м появилась так называемая «милиция»: вооружённые отряды по типу СС, состоящие из французов-добровольцев, боровшихся вместе с немцами с Сопротивлением и охотившихся за евреями (76 000 еврейских стариков, женщин и детей были отправлены в концлагеря, большинство назад не вернулось): за год в ряды «милиции» встали 45 000 боевиков. В 1941 году было создано «французское гестапо» (Carlingue) – следственные органы, помогавшие нацистам вычислять «врагов, семитов и коммунистов»: его возглавили два профессиональных уголовника, Анри Лафон и Пьер Лутрель, набрав в организацию 32 000 бывалых бандитов, чьей обязанностью было мучить, расстреливать и убивать. Разнятся данные о том, сколько конкретно французов служило в вермахте – называлась минимальная цифра в 100 тысяч (!) коллаборантов: в любом случае, в советский плен попало 23 000 граждан Франции, воевавших против нас на Восточном фронте.
Охотники на евреев
Губернаторы французских колоний в Индокитае, Африке и на арабском Востоке тоже поддержали союз с Третьим рейхом. Уже в сентябре 1940-го года союзники потерпели поражение в Сенегале, попытавшись захватить город Дакар – возлюбившие Гитлера французы потопили 3 корабля и сбили 6 самолётов Великобритании. Правда, везение вскоре закончилось. 35 000 «солдат Виши» вступили в бой с англичанами в Сирии и Ливане летом 1941-го, в боях были убиты и ранены 10 000 человек. «Вишистов» разгромили. То же самое случилось и в Алжире. Только там сопротивление оказывали 60 000 французских военных – в ноябре 1942 года англо-американские войска в рамках операции «Факел» уничтожили эту группировку, взяв большинство французов в плен.
8 000 солдат «режима Виши» целых полгода обороняли от наступления англичан остров Мадагаскар, пока не иссякли боеприпасы, и не пришлось сдаться.
Таким образом, по самым скромным подсчётам, на стороне нацистской Германии в той или иной роли («стукачи», гестапо, милиция, вермахт, СС, колониальные войска) оказалось 322 000 (!) французов. Мягко говоря, немало. Не считая ещё и тех, кого у нас называли «полицаями», то есть police nationale – я не нашёл их точного числа, но сугубо в Париже 9 000 французских полицейских участвовали в облавах на евреев. Сколько же всего их было? И эти люди не просто сидели где-то на лавочке в тылу, переодевшись в немецкую форму. Они пытали, казнили, убивали, отправляли в концлагеря, воевали на фронте. Интересно, много ли народа тогда состояло в Сопротивлении? О, вот тут начинаются другие цифры.
Испанцы, немцы, русские
Организация генерала Шарля де Голля «Свободная Франция», базировавшаяся в Лондоне, в 1940-м году насчитывала всего…7 000 человек. А вот через три года, после поражения Германии под Сталинградом и на Курской дуге, когда перелом в войне стал очевиден, туда стали приходить добровольцы – летом 1943 года в «Свободной Франции» сражалось 39 000 коренных французов: увы, в 2,5 раза меньше, чем в вермахте.
Относительно партизан – «маки» – собственно, Сопротивление стало массовым тоже в 1943-м, после крупных неудач нацистов на Восточном фронте: немцы принялись угонять молодёжь на работу в Германию, французы скрылись в лесах и горах – среди повстанцев большинство людей были в возрасте до 30 лет. Начались массовые атаки на вермахт и СС, сотнями уничтожались поезда и бронемашины. Летом 1944-го, к началу высадки союзников во Франции, численность партизан-«маки» составляла 135 000 человек (именно вооружённых бойцов, не считая «сочувствующих»). Их них 60 000 были испанскими республиканцами, сбежавшими от режима Франко воевать с фашистами, 2 000 – немецкими коммунистами, 3 000 повстанцев являлись советскими гражданами: военнопленными или эмигрантами, перебравшимися во Францию после гражданской войны в России.
Разумеется, едва немцев выбили из Парижа, число и «маки», и солдат «Свободной Франции» резко возросло – до целого миллиона(!): легко и безопасно примыкать к тем, кто побеждает. А вот до лета 1941 года среди французов не было даже зачатков партизанского движения. Одни спокойно, а другие и весьма любезно относились к оккупации. Получается, за Гитлера воевало куда больше граждан Франции, чем против.
Я категорически против того, чтобы умалять заслуги отрядов французского Сопротивления, закопавшего тысячи солдат вермахта на своей земле, боровшегося за свободу своей Родины, французских партизан, отдавших за это жизни: в том числе и замученного пытками гестапо главы Сопротивления Жана Мулена. Но и замалчивать очевидный факт, что под знамёна со свастикой изначально встало куда больше французов, чем в ряды «Свободной Франции», тоже не следует. Ситуация поменялась в 1943 году, когда десятки тысяч солдат колониальных войск «вишистов» стали переходить к американцам, а молодёжь стекаться в партизанские отряды. До этого времени Франция фактически являлась союзником Адольфа Гитлера. Печально, но ведь чистая правда.
Почему трусость французов — миф?
Почти любое упоминание французской армии в англоязычном и русскоязычном сегменте сети вызывает немедленный вал насмешек. Каждый, кто считает себя хоть немного подкованным в истории, мнит своей обязанностью пройтись по теме « петушки с белыми флагами, кококо, французы ото всех убегают и сдаются».
В такие моменты мне жаль, что ‘ title=>попаданцев не существует.
Уж очень хочется отправить этих юмористов на поле Рокруа, « Бородино» вспоминается фильм Бондарчука, четыре тома « Войны и мира», так и не дочитанных в школе, и чёрный хлеб с тмином. Сейчас мало кто знает, что Бородино — это самое кровопролитное сражение в истории человечества. Не верите? Давайте считать вместе.
‘ title=>Бородина и Чёрной Речки. Или на Малахов курган Севастополя. Или под Верден. Что-то мне подсказывает, что шутки про « трусливых французов» закончились бы с впечатляющей скоростью.
Гроза Европы
Французский солдат считался лучшим, особенно в атаке. И это в общем-то было аксиомой на протяжении пары веков.
Наполеон довёл французскую военную машину до совершенства. Он завоевал всю Европу.
Его солдаты спали без палаток на снегу, питались чем бог пошлёт, умирали от истощения. Но раз за разом сносили с поля боя лучшие европейские армии.
Французская пехота, идущая навстречу залпам пушек и мушкетов с рёвом « Да здравствует Император!», приводила в ужас любого противника. И немца, и русского, и всех прочих.
Битва с французами долго считалась худшим, что может ждать любую армию Европы.
Седан и Верден
Империю Наполеона задавили общими усилиями почти всех европейских держав. Но и потом военное могущество Франции не подвергалось сомнению вплоть до 1870 года ( битвы при Седане — генерального сражения ‘ title=>Франко-прусской войны).
Тогда весь мир был шокирован разгромом французской армии пруссаками. В те времена это выглядело полнейшим безумием. Примерно, как если бы в 1939-м поляки в пух и прах разбили бы вермахт и подняли бело-малиновое знамя над Берлином и Кёнигсбергом.
Катастрофа французской армии и триумф армии прусской не имели ничего общего с отсутствием боевого духа у французов.
Французы дрались как черти — но немцы оказались сильнее. И на то были причины.
Во-первых, французы привыкли считать себя самыми сильными… и отстали.
Во-вторых, немцы готовились к войне с самой сильной армией в мире. Именно поэтому они сделали всё с запасом — чтобы переиграть противников решительно во всём. Когда собираешься бросить вызов чемпиону, стремишься сделать невозможное. Немцы сделали.
Только смелость и трусость здесь не при чём.
Основные силы немцев большую часть кампании сковывала именно французская армия. Русским — и тем более англичанам — на этом фоне достались остатки. При том, что британские войска понесли несопоставимые потери, а русские откатились от Польши до Риги и Минска.
Под Верденом французы выдержали едва ли не самое жуткое немецкое наступление в истории позиционной войны. Вал снарядов, летевших на их позиции, был таким, что целые подразделения заживо хоронились под массой поднятой взрывами земли. На поверхности оставались лишь штыки. Но оглушённые, контуженные, отравленные газами — и всё-таки выжившие! — французы раз за разом отбивали вражеские атаки.
Безумие Вердена было хуже любого ада, который может придумать человек.
Но французы « трусливо» устояли и вытянули на своём горбу основную часть усилий в войне. А отважная российская армия в заметно более благоприятных условиях так сильно ‘ title=>расхотела воевать, что приняла самое деятельное участие в революции.
Мала Франция, отступать некуда
Не менее умиляет пафосный тезис, что во время Великой Отечественной дом Павлова в Сталинграде держался дольше всей Франции. Дескать, наши ни на шаг не отступили, а французишки разбежались с воплями, теряя белые флаги и багеты.
Вот только до того доблестная РККА сдала немцам территории, где вся Французская республика вместе с Бельгией и Голландией поместятся раза два. И ещё останется. У французов не было бескрайних советских просторов для отступления. Европа — она вообще небольшая по русским и американским меркам.
Удар Гудериана через Арденны отсёк от снабжения и поймал в котёл лучшие силы французской армии. И всё. Оставшиеся войска при всём желании не могли удержать фронт. А мобилизовать новые дивизии не было времени. До появления немецких танков даже на юге Франции успели бы, разве что, новобранцев собрать. И то не факт. Будь Советский Союз размером даже в три Франции — всё кончилось бы ещё летом 1941‑го.
Смешки англичан и американцев ничем не лучше.
Ну а американскую армию образца начала войны немцы смели бы, не заметив. Что, собственно, и сделали японцы с американским гарнизоном Филиппин.
Так что и тут дело не в смелости. После прорыва Гудериана через Арденны кампания для Франции была проиграна. Будь на месте французов кто угодно другой — исход был бы тем же.
« Маловата кольчуга», что поделать
В послевоенную эпоху Франция долго не хотела отпускать свои колонии. Французские войска отчаянно дрались в Индокитае, в тропической Африке и особенно — с местными патриотами в Алжире.
Порой они переоценивали свои силы и недооценивали противника — как в Дьенбьенфу. Но и здесь практически никто ни разу не обвинил их в трусости. Только в чрезмерной отмороженности.
Битва при Дьенбьенфу стала решающим сражением первой индокитайской войны 1946-54 годов. Войска социалистического Вьетнама сумели захватить крупную французскую базу, продемонстрировав свои возросшие возможности. Следствием поражения Франции стало подписание в июле 1954 года Женевских соглашений, повлёкших за собой уход Франции из региона и раздел Вьетнама на северный и южный.
И сейчас ничего, в общем-то, не изменилось. Для французской армии вполне нормально броситься в Африку и « Сервал».
‘ title=>небольшими силами разогнать боевиков, захвативших часть какой-нибудь страны.
Одним словом, ничто не даёт основания считать французских солдат трусливее американцев, русских или немцев.
Поражения во Франко-прусскую и Вторую мировую — это вообще не про храбрость и трусость. Это про стратегию и военные инновации.
Трусость французов — такой же дурацкий миф, как и бытующее в англоязычном мире убеждение о русских. Дескать, они умеют побеждать только при десятикратном численном превосходстве и с заградотрядами за спиной. А иначе разбегаются « не хуже французов» при виде бравого американского или немецкого сержанта.
Эту картинку мы со всем основанием считаем идиотской и русофобской. И потому не надо уподобляться её распространителям, когда речь идёт о других народах. Потому что это глупо и пошло.
Французский Легион. Инструкция для призывников
Экономические, политические и прочие неурядицы в нашей стране приводят, как известно, к тому, что множество земляков ищут счастья на чужбине в качестве «заробитчан». Причем порой заработки эти носят весьма экзотический характер. Речь идет о службе во Французском иностранном легионе, где до трети личного состава — выходцы из стран СНГ.
Иностранный легион: живут под чужим именем, боятся Интерпола и в мирное время получают от 1500 евро.
Экономические, политические и прочие неурядицы в нашей стране приводят, как известно, к тому, что множество земляков ищут счастья на чужбине в качестве «заробитчан». Причем порой заработки эти носят весьма экзотический характер. Например, несколько сотен (как минимум, точную цифру никто не знает) граждан Украины решили поставить на карту жизнь и здоровье ради приличного дохода (возрастающего со временем) и ощутимых льгот вплоть до смены гражданства в будущем.
Речь идет о службе во Французском иностранном легионе, где до трети личного состава — выходцы из стран СНГ (в основном россияне, украинцы и белорусы). Много там и бывших югославов, а ныне граждан Сербии, Хорватии и т.д. А вообще в Легионе служат представители более чем 100 стран. «Сегодня» удалось пообщаться с одним из «наших» легионеров, приезжавшим в Украину в короткий отпуск. По ряду причин он пожелал остаться анонимным, потому для удобства будем называть его Игорем.
По словам нашего собеседника, путь будущего легионера начинается там, где есть вербовочные пункты Легиона. Говорят, одно время был нелегально такой и у нас, но сейчас нет. Потому большинство сограждан, желающих попасть в Легион, начинают в основном со Страсбурга, куда едут как обычные туристы (вообще во Франции 18 вербовочных пунктов). Там, у вербовочного пункта, можно просто показать на себя и на пункт (если не знаешь иностранных языков), и вас туда пустят.
И сослуживцы, если парень таки станет легионером, знают его именно под новым именем-легендой. Криминальное прошлое, если оно касается только родины будущего легионера, — не препятствие. Главное, чтобы человек не был в розыске Интерпола. Не обязательна и служба в армии, однако наши соотечественники все же чаще приходят на вербовку, отслужив в войсках, нередко в каком-либо спецназе. У новобранцев отбирают личные вещи, кроме самых необходимых, и выдают спортивный костюм.
В Афганистане на самом деле наемники воюют против наемников. Среди убитых талибов, например, как-то обнаружили несколько трупов мусульман с паспортами граждан Великобритании.
Рядовой солдат боевого подразделения в начале службы получает от 1500 до 1800 евро. Но когда идут боевые действия, оплата возрастает вдвое. Офицеры (как правило, французы) получают значительно больше, примерно в пять раз. Теоретически можно стать офицером любому легионеру, но тогда надо очень рано начинать службу, в 18—19 лет, чтобы успеть зарекомендовать себя, получить гражданство Франции (обязательно) и еще — закончить учебное заведение. Такими молодыми нередко поступают в Легион англичане и американцы, наши — обычно старше.
Оружие штатное выдают, обычно это автоматы FAMAS разных модификаций. Если хочет легионер, может купить себе другое, удобное для него (как и оборудование, например, оптику нестандартную). Автомат очень точный, но с небольшой пробивной силой, сравнительно с АКМ.
Бывают и случаи дезертирства. Вот недавно из REP-2 (2-й парашютно-десантный полк) ушел прибалт по кличке Питбуль. Причем ушел после миссии, то бишь Афгана. Увидел, что можно и с жизнью расстаться, вот и ушел. Поселился в Ирландии. Легионеры в боях, и правда, гибнут, но не сотнями, а единицами. За полгода из подразделения Игоря погибли трое, одного снял в ходе боя снайпер (тот высунулся на открытое пространство), двое погибли под артобстрелом.
После 6 месяцев на войне — неделя реабилитации на курортах Кипра. Легион оплачивает для бойцов пятизвездочную гостиницу, питание, экскурсии, разные массажи, психотерапевтов… Правда, пользуются услугами последних в основном западные легионеры, наши братья-славяне предпочитают просто расслабляться со спиртным. Иногда «под этим делом» рискованно шутят, пользуясь, например, тем, что являются боевыми пловцами. Был случай: рядом с отдыхающими легионерами-славянами занималась дайвингом группа простых отдыхающих. В гидрокостюмах, аквалангах, как положено. Так легионеры нырнули на 10-метровую глубину в одних плавках и посрывали на спор с дайверов маски…
Французский иностранный легион был создан 9 марта 1831 года королем Луи-Филиппом. Использовать его можно (по сей день) только за пределами континентальной Франции. Офицеров в Легион набрали в основном из армии Наполеона, а солдат — из жителей европейских стран, а также из числа французов, имевших нелады с законом. Тогда же зародилась традиция не спрашивать у новобранца его настоящего имени.
Сегодня Легион, как и во времена своего создания, подчиняется лишь одному человеку — президенту Франции. Когда-то насчитывал более 30 000 человек, ныне — 7700. Используется за ее пределами, но во имя французских интересов, как самостоятельно, так и в совместных операциях с силами НАТО и ООН. Цвета Легиона — зеленый (символизирует Францию) и красный (кровь).
Состоит из семи полков, куда входит и легендарный парашютно-десантный 2-й REP, в составе которого — спецназ Легиона GCP, комплектуемый только из добровольцев-офицеров и капралов, одной полубригады и одного специального отряда. Командование Легиона расположено в Обани (Франция). На службу принимаются только мужчины в возрасте от 17 до 40 лет. Первый контракт — пять лет, можно дослужиться до сержанта. Чтобы стать офицером, надо иметь французское гражданство (формально можно получить после 3 лет службы, но это сложно).
БЕЗ ЛЕГАЛИЗАЦИИ КРЕДИТ НЕ ПОЛУЧИШЬ
Есть еще одна процедура, которую называют «ратификацией». Это момент, когда легионеру возвращают его подлинное имя и документы, под которыми он служит дальше. Этот момент наступает для каждого по-разному, но в пределах пятилетнего контракта. Если в этих пределах ратификации не произойдет, значит, тебе не доверяют и нового контракта уже не подпишешь.
Момент ратификации крайне важен для легионера. После его наступления он может жениться, может брать кредиты, открывать свой счет в банке, покупать машины и недвижимость. Причем легионерам банки в кредитах практически никогда не отказывают. Парни с ходу покупают по две-три квартиры во Франции, тут же их сдают и служат дальше (при том, что жилье во Франции очень дорогое, например, однокомнатная квартира площадью 49 «квадратов» в более-менее приличном районе Парижа стоит порядка 250 тысяч евро). А квартиры «работают», покрывая долги по кредиту и принося прибыль.
НА ПЕНСИЮ МОЖНО УЙТИ ЧЕРЕЗ 15 ЛЕТ
Чтобы получить пенсию от Легиона, надо прослужить там как минимум 15 лет. Зато, получив эту пенсию, можешь жить в любой стране мира, можешь вернуться на родину или выбрать другое государство.
Чаще всего выбирают франкоговорящие страны (ибо все легионеры, прослужившие хотя бы год, прилично владеют французским языком). Это сама Франция, Канада (Квебек), Сейшельские острова. Четких размеров пенсии для всех нет, зависит от многих факторов, вплоть до наличия медалей, но в любом случае — не менее 1000 евро (часто больше). В Украине спокойно можно жить…
Ветеранов в Легионе очень ценят и уважают. В каждом подразделении есть свой день (вроде нашего праздника ВДВ), когда приходят ветераны, вплоть до 90-летних, накрывают столы с крутой выпивкой, устраивают прыжки с парашютом (причем прыгают и ветераны). Есть одинокие ветераны, инвалиды боевых действий, в том числе и наши бывшие земляки, которые просто селятся на Корсике неподалеку от основной базы REP-2. Легион о них заботится, помогает, а старики, чтобы не чувствовать себя ущербными, делают брелоки, вино «Легионерское», которые потом продают легионерам. Хорошее, кстати, говорят, вино…
