30 лет объединенной Германии. Как и почему пала Берлинская стена
Берлинская стена, построенная в 1961 году властями ГДР, была символом раздела Европы и всего мира, противостояния Востока и Запада, борьбы между капитализмом и социализмом советского образца.
Западный Берлин был окружен бетонной стеной, протянувшейся на 155 километров, колючей проволокой, минными полями, контрольно-следовой полосой, вышками с вооруженными гэдээровскими солдатами, но его жители могли свободно путешествовать по всему миру. Стена была построена для “своих”, чтобы они не бежали на Запад. По ним и стреляли, когда они пытались бежать.
Все изменилось за одну ночь – с 9-го на 10 ноября 1989 года. В эту ночь рухнула Стена, разделявшая два германских государства.
На пресс-конференции члена ЦК СЕПГ Гюнтера Шабовски (Günter Schabowski) вечером 9 ноября в Восточном Берлине, которую транслировало телевидение, было объявлено, что жители ГДР отныне могут свободно ездить на Запад, притом прямо с момента объявления. И тысячи людей устремились к КПП, разделявшим Восточный и Западный Берлин, которые больше двух с половиной десятилетий были открыты только в одну сторону – с Запада на Восток.
Начало было положено в СССР
Растерявшиеся гэдээровские пограничники, не ожидавшие такой массы людей и не получавшие указаний “сверху”, в конце концов, открыли границу. 30 тысяч солдат армии ГДР были в ту ночь приведены в повышенную боевую готовность, но никто, к счастью, не решился дать приказ открыть огонь: были бы тысячи жертв.
Падение Стены стало началом конца раздела Германии. Но всё случилось, конечно, не вдруг. Тектонические сдвиги в социалистическом лагере начались за несколько лет до этого, когда в СССР пришел к власти Михаил Горбачев. Огромное большинство немцев считает, что именно ему, инициатору политики гласности и перестройки, Германия во многом обязана своим воссоединением.
Протесты, движения за свободу и даже восстания были в “восточном блоке” и до Горбачева: в 1953 году в ГДР, в 1956-м – в Венгрии, в 1968-м – в Чехословакии, – но все они были жестоко подавлены советскими танками. А в конце 1990-х Советский Союз отказался от так называемой “доктрины Брежнева”, согласно которой Москва брала себе право подавлять в соцлагере любые отклонения от курса Кремля.
Границы становятся открытыми
Первыми стали смелее использовывать новую свободу в Польше и Венгрии. Польские власти уже летом 1988 года начали диалог с ими же запрещенным независимым профсоюзом
“Солидарность”, в котором активное участие приняла католическая церковь. Она пользовалась очень большим авторитетом в стране, особенно в те времена, когда главой католической церкви был Иоанн Павел II, бывший кардинал Кароль Войтыла.
Поляки первыми разбили монополию компартии. За ними последовали венгры, которые летом 1989 года начали снимать пограничные ограждения на границе с Австрией. Через открытую “зеленую границу” устремились на Запад тысячи граждан ГДР, которые специально для этого ехали в Венгрию – якобы на летний отдых. Другие искали возможности бежать на Запад через посольство ФРГ в Праге.
Эрих Хонеккер (Erich Honecker), стоявший во главе ГДР, и его окружение всячески противились новым веяниям и открыто не одобряли происходившего в СССР (в Восточной Германии даже начали запрещать некоторые советские журналы). Поэтому многие восточные немцы бежали из страны, а другие, которых было гораздо больше, выходили на улицы ее городов, требуя перемен.
С сентября 1989 года в Лейпциге каждый понедельник десятки тысяч людей выходили на демонстрации. 9 октября, в день 40-летия образования ГДР, которое пышно праздновали официально, в демонстрации протеста, как и предыдущие, не разрешенной властями, приняли участие более 70 тысяч человек, спустя три недели – 300 тысяч.
Страх исчезает
Протестовали не только в Лейпциге и Восточном Берлине, но и во многих других городах ГДР. Лозунги становились все более смелыми: люди требовали свободы печати и собраний, демократических выборов, упразднения всесильной тайной полиции – “штази”… Кое-где полиция и госбезопасность еще пытались разгонять эти демонстрации, хотя те были мирными, и задерживали их организаторов, но становилось ясно: государство капитулирует, страх исчезает, народ больше не боится диктатуры.
Уже тогда участники мирных демонстраций в ГДР скандировали “Мы – один народ!”, требуя открыть границы. Хонеккеру пришлось уйти в отставку. За ним последовало все Политбюро ЦК и Совет министров. Наконец-то был провозглашен курс на “демократизацию”, как ее понимала партийная номенклатура. Но было уже поздно. 4 ноября на центральной восточноберлинской площади Александерплац прошел грандиозный митинг, в котором приняли участие более полумиллиона человек. На нем аплодировали оппозиционерам и освистывали членов ЦК. И когда Шабовски вечером 9 ноября объявил о возможности свободно покидать ГДР, сдержать людей, жаждавших свободы, было уже невозможно.
Через несколько дней пришлось прорубать в Стене новые пропускные пункты, Тех, кто приходил или приезжал в Западный Берлин из Восточного, восторженно встречали цветами, шампанским, конфетами. Незнакомые люди обнимались и плакали. Это был настоящий праздник, продолжением которого стало спустя 11 месяцев юридически оформленное государственное воссоединение Германии.
Берлинская стена: история строительства и падения
9 ноября 1989 года вошло в историю Германии как день падения Берлинской стены. «Упразднение» ГДР сегодняшние политики рассматривают как первый шаг к распаду СССР. Символично, что и падение стены, и распад Советского Союза произошли по вине Михаила Горбачева и его команды «реформаторов».
Автор Ольга Усим, к. ф. м. н., эксперт-аналитик в сфере маркетинга, бизнеса и истории России, автор более десяти научных статей (в т. ч. на английском), руководитель общества «Шизофрения – не приговор», главный редактор научно-политической газеты by-by.info.
Никаких причин объединять ФРГ и ГДР не было, но советские руководители той эпохи очень хотели прослыть «хорошими» на Западе, забыв, что немецкий народ виновен в смерти 28 млн граждан Советского Союза. Напомним для тех, кто забыл, почему вообще советские войска заняли Берлин и Восточную Германию. Читайте статью «Зверства немецких фашистов над детьми в годы войны».
На самом же деле, Берлин — совсем не обычный европейский город, а логово самого настоящего зла — нацизма. Не удивительно, что в городе зла появилась стена. Ее построили победители.. С того времени, как нацисты уничтожили 28 млн человек, прошло всего 16 лет. Никто не собирался церемониться с немцами.
Однако Запад к тому времени забыл, почему СССР забрал в свою зону влияния часть Германии.
США и оккупированная ими часть «Третьего Рейха» ФРГ развязала против Советского Союза холодную войну. Вот поэтому в один прекрасный день в Берлине появилась бетонная преграда. Стена должна была напомнить миру, что Советский Союз не забыл свои потери в Великой Отечественной войне, не готов прощать немцам гибель 28 миллионов человек и не позволит немцам объединиться!
Кто и зачем построил Берлинскую стену?
Стена была инициативой и собственностью социалистического блока и построена для борьбы с контрабандистами и нарушителями границы. Школьники ГДР называли стену «заграждением против фашистской и капиталистической агрессии».
Дополнительной причиной закрыть границу стало то, что с самого своего образования в 1949 году ГДР стремительно теряла молодое население: было выгоднее получать бесплатное образование в ГДР, а работать в ФРГ. Что, кстати, говорит о высоком уровне образования в Советском блоке. Правда, стоит признать:
Тем сильнее было разочарование, и поэтому случались знаменитые истории возвращения людей социалистического воспитания обратно в ГДР.
Как стена выросла за одну ночь?
С 13 по 15 августа 1961 года Западный Берлин обтянули низкой сеткой из колючей проволоки — это и была первая стена. Поскольку 13 августа было воскресеньем, о стене многие берлинцы узнали только 14 августа, когда их не пустили на работу в другой сектор — это усилило эффект неожиданности. Вполне понятно, что немцы в целом больше симпатизировали американцам, «братьям арийской нации». Советскую власть они воспринимали отчасти как оккупацию. Ведь в то время даже в ГДР оставалось много сторонников нацизма. Даже в современной Германии 15-20% человек исповедуют антисемитские взгляды.
В результате после появления проволоки в первые дни на Запад бежало более 200 пограничников. Тогда в пограничные войска солдат стали набирать из отдаленных регионов ГДР, избегая ставить земляков в один караул, чтобы не было заговоров. Тогда же началось строительство основной сетки — из пустотелых блоков. Впрочем, блочную стену можно было протаранить даже самыми хрупкими автомобилями, которые были у многих граждан, поэтому вскоре блоки заменили прочными бетонными плитами.
Как выглядела стена с восточной стороны?
В 1975 году стена приобрела свой окончательный вид. Тем гражданам ГДР, кому удавалось перепрыгнуть через бетонный забор, не очень везло. Дело в том, что они видели из города только внешнюю фортификацию и думали, что их отделяет от Западной части только одна стена. На самом деле нарушители попадали не на Запад, а в полосу обычной границы между государствами, привычно оборудованную вышками, заминированную, патрулируемую машинами и овчарками: оставалось еще метров 100 до стены № 2, — основной, которую, в свою очередь, видели западные немцы. Как и полагается, сверху все было обтянуто колючей проволокой. Во внешней стене были оборудованы пропускные пункты в Западный Берлин.
Контрабандисты подкапывали стену, перепрыгивали с шестами и перелетали на самодельных дирижаблях и аэропланах. Тогда пограничники перегородили Шпрее подводными решетками, установили датчики в землю, чтобы слушать, не роют ли преступники туннели в прилегающих к стене домах. Это были 28 лет неустанного технического прогресса.
Как выглядела Берлинская стена с западной стороны?
Правда, это было небезопасно: при построении стены власти ГДР в некоторых местах срезали углы, оставляя за собой право патрулировать территорию, которая осталась на Западе. Так что схваченного любителя пачкать стены пограничник мог затащить через открытые в стене дверцы и наказать за порчу имущества ГДР. Немецкие бюргеры знали это и вообще боялись подходить к стене. Жилье у стены было дешевым, и там селились в основном эмигранты и деклассированные элементы. После 9-го ноября 1989 года все перевернулось: задворки западного Берлина оказались в самом центре объединенного города.
Могли ли жители Западного Берлина ездить в Восточный?
Граждане не только Западного Берлина, но ФРГ и любой страны Западного блока могли относительно свободно отправляться на однодневную прогулку в Восточный Берлин. Очевидец, филолог, который прекрасно говорит по-русски и который провел студенческие годы в Западном Берлине 1980-х, выдвигает свою гипотезу:
«Секрет такой лояльности, в некоторой степени, заключался в однодневной визе: она стоила 25 западных марок — деньги на то время чувствительные, и для руководства ГДР это был хороший бизнес. К тому же, согласно законам ГДР, посетители были обязаны поменять определенную сумму западных марок на границе, а обратно менять было нельзя. Оставляешь советский сектор — сдавай деньги на таможне».
В Восточный Берлин Роберт водил на экскурсию американских туристов. Причем целью культпохода было не только «поглядеть на ГДР» — в восточной части остались Домский собор, Остров музеев и другие памятники немецкого наследия.
Но главной целью визита на Восток была встреча с родственниками: стена разделила семьи. Вернуться на Запад (читайте «Новое «окно в Европу»: время развенчания иллюзий о «розовом Западе»») нужно было до двух часов ночи. У перехода на Фридрихштрассе, в здании, известном как «Дворец слез», ночью прощались жители Западного и Восточного Берлина. Стоит отметить, что несмотря на жертвы ВОВ (28 млн человек), власти СССР не мешали немцам навещать своих родственников. К немцам относились по-человечески.
Могли ли жители Восточного Берлина ездить в Западный?
В Западный Берлин граждан ГДР выпускали после проверки. С выходом на пенсию любой гражданин ГДР получал право ездить на Запад. В социалистическом государстве важно было задержать на своей территории молодежь (читайте «Как в современном мире взрослые манипулируют молодежью и подростками, часть 2. Манипуляции в странах Запада.») и рабочую силу, а пенсионеры на Запад не рвались. Там, по законам ФРГ, восточные пенсионеры получали бесплатное лечение. К тому же после прохода границы каждый гражданин ГДР имел право на «приветственные деньги» — 100 марок. Взяв эти деньги в банке, пенсионеры закупались продуктами и везли их на Восток.
Как ГДР сотрудничал с ФРГ?
Стена разделила не только улицы — она прошила воды Шпрее, а также метро и канализацию. Линии В-6 и В-8 берлинского метро начинались и заканчивались в Западном Берлине, а посередине были станции, принадлежавшие Восточному. Все эти станции поезд проезжал без остановок, кроме Фридрихштрассе — здесь была остановка. На этой станции стоял ларек со спиртными напитками, который пользовался популярностью у жителей Западного Берлина: те ездили за дешевой выпивкой — и даже без виз.
Раз в год ФРГ (читайте «Изнасилованные и убитые немцами русские женщины») забирал у ГДР политических преступников — агентов Запада. За выкуп одного западного агента на Востоке брали от 40 до 150 тысяч марок, в зависимости от важности преступника. Чаще всего ГДР отдавал Западу уголовников, которых западная пропаганда называла «политическими заключенными».
«Я жил рядом с одним таким в Западном Берлине, — рассказывает Роберт. — Он говорил, что зарезал жену на Востоке и обещал, что и нам такое будет.
Нигде не работал, к ночи пил с друзьями и буянил. Терроризировал дом три года, пока мы жалобами не добились его отселения».
В другую сторону поток граждан был немного меньше. Однако в ГДР из ФРГ в разные годы сознательно переехали жить множество людей социалистических убеждений. Среди них — драматург Бертольд Брехт и отец канцлера Германии Ангелы Меркель, лютеранский пастор. Конечно, таких случаев было достаточно много.
Почему Берлинская стена рухнула за одну ночь?
Конечно же, все началось задолго до ночи падения стены. И не в Восточном Берлине, население которого было вполне довольно спокойной и благоустроенной жизнью:
Дело сделали агенты Запада. Со всей страны они съезжались в Лейпциг. Активисты так называемой «мирной революции» 1989 года Оливер Клос в 1982 году переехал в Лейпциг из Дрездена и, несмотря на атеистические убеждения, поступил на теологический факультет Лейпцигского университета.
«Церковь в ГДР существовала отдельно от государства и стала двигателем оппозиционного движения, — рассказывает Оливер, — а на теологии мы имели возможность впитывать западную пропаганду, к нам приезжали преподавать профессора с Запада, которые привозили книги».
Интересно, что агенты и диссиденты (читайте «Родина на всех одна: Лосев, либералы и ГУЛАГ») и не мечтали сломать стену:даже для них ее падение было шоком.
Это было решение главы СССР (читайте «Время строить и время разрушать») Михаила Горбачева, который просто предал власти ГДР и всех граждан этой страны, которые хотели остаться в независимом государстве. Эффектное падение стены началось по решению нескольких лиц и поэтому всех шокировало: в это не могли поверить ни в СССР, ни на Западе.
В Лейпциге символом победы Запада над Востоком стал момент, когда демонстранты заняли здание «Штази».
Действительно ли граница между Западом и Востоком существует до сих пор — в головах немцев?
Сегодня, в эпоху декоративного бетона, когда останки стены распределены по музеям и сувенирным магазинам, когда актеры-эмигранты из России и Польши, переодетые в советских и американских солдат, позируют туристам на фоне Брендербургских ворот, немцы наконец выглядят неделимой счастливой нацией. Но тот, кто много лет живет в столице ФРГ, иначе смотрит на ситуацию. Мнение очевидца Андрея из Берлина:
«Это не афишируется, но современная Германия — это печальная история самоутверждения богатых западников за счет беднейшего Востока и сложное переплетение взаимных обид. Одна из самых застарелых — то, что западногерманская пропаганда объявила ГДР «тоталитарным государством», а себя — новой Германией.
По этой причине нацизм легче поднимает голову в Западной Германии, ведь на Востоке немцам с детства прививали комплекс вины за преступления предков. С другой стороны, после объединения оказалось, что в ГДР преувеличивали состоятельность западных соседей. Не удивительно, что большинство немцев на Востоке утверждают: при социализме они жили лучше».
Смотрите видео про разобщенность немцев ФРГ и ГДР сегодня.
Когда рухнула берлинская стена в каком году
Берлинская стена простояла бы сто лет,
но рухнула из-за одного слова
РИА Новости
Германия празднует тридцатилетие падения Берлинской стены. Но 1989-й год снес не только бетонные заграждения — рушились все режимы социалистического лагеря, уходили старые партийные лидеры. Форпост социализма, Германская Демократическая Республика держалась долго. Ее «железный занавес» — Берлинская стена, по мнению главы ГДР Эриха Хонеккера, должна была простоять еще сотню лет. Но рухнула в одночасье. И можно сказать — случайно.
Немедленно!
«Заявления на поездки за рубеж принимаются без ограничений. Разрешения на выезд выдаются в кратчайшие сроки», — полный мужчина, вальяжно и медленно произносивший скучный текст, вдруг ускорился. Он читал бумаги, которые лежали у него под носом, уже несколько часов. Почти убаюканные, люди в зале вдруг начали вскакивать с мест и наперебой выкрикивать вопросы.
«Когда это вступает в силу? Когда?»
Грузный мужчина снова заглянул в бумаги и наткнулся на слово «немедленно». Все! Главная сенсация произошла, журналисты выбегали из зала, чтобы передать в свои редакции телеграммы-молнии.
Спикером на той знаменитой пресс-конференции был член Политбюро Центрального комитета СЕПГ Гюнтер Шабовски. Сам того не понимая, он объявил об открытии границы между двумя Германиями — ГДР и ФРГ.
Шабовски не мог ответить на вопрос «Что теперь будет с Берлинской стеной?» — он не знал, никто не знал. Ее судьбу определила толпа. Люди не хотели терять ни секунды. Но пограничники были не в курсе — они тоже ничего не знали, их никто не предупредил. Под напором толпы военные открыли ворота, не дожидаясь приказа. Десятилетиями они охраняли границу, готовые выстрелить в каждого, кто ее нарушит. В ту ночь тысячи берлинцев лезли на стену, но не прозвучало ни одного залпа.
Потом стало известно, что приказ о приведении войск в повышенную боеготовность был. Но вскоре его отменили — в политбюро понимали: все бесполезно, все кончилось. Эта бетонная преграда уже никому не внушала ужаса.
Пройдет несколько десятилетий, и канцлер объединенной Германии Ангела Меркель скажет: «Это была победа свободы над рабством, и это послание с верой современникам и будущим поколениям, которые смогут снести стены — стены диктаторов, насилия и идеологий».
Преграда на пути потока беженцев
Ваш браузер не поддерживает данный формат видео.
Некоторые исследователи говорят: более тысячи. Свыше трех тысяч задержаны, 75 тысяч осуждены за подготовку или содействие побегу.
Драма превращалась в трагедию постепенно. Поначалу граница между западной и восточной частью столицы была открыта. Разделительная линия проходила прямо по улицам и домам, реке Шпрее, каналам.
Ограничения по посещению Восточного Берлина западными соседями ввели в 1960 году. Но основное движение шло в другом направлении — люди с востока бежали на запад. Бежали, понятно, не просто так: от тяжелых условий труда, насильственной коллективизации. Сравнить жизнь «тут» и «там» было несложно — ежедневно границы берлинских секторов пересекало около полумиллиона человек. Только за 1960-й год на запад переселилось около 200 тысяч немцев. Почти половина — молодежь.
И этому потоку решили поставить преграду — реальную. В августе 1961 года политбюро Социалистической единой партии Германии (СЕПГ) объявило о закрытии границы ГДР с Западным Берлином и ФРГ, затем соответствующее постановление приняло правительство ГДР.
Тонкая белая линия
Хагену Коху тогда шел 21-й год, он только начинал работать в «Штази» (Stasi — тайная полиция, разведка и контрразведка в ГДР). В начале августа его вызвали к командиру. «Покупай новые ботинки», — сказал тот. Солдаты уже поставили на границе заборы с колючей проволокой, но власти планировали построить нечто более постоянное и труднопреодолимое, и Коху поручили провести линию разграничения.
У КПП «Чарли» он увидел на западной стороне толпу кричавших демонстрантов. Левой ногой Кох стоял в восточном Берлине, правой — в западном и вел по асфальту белую черту.
«Я концентрировался только на линии, а не на том, что происходило вокруг. Тех, кто митинговал с западной стороны, я считал врагами, мародерами и спекулянтами», — рассказывал он потом.
Кох прошел по городу почти 50 километров, очерчивая будущую границу. Когда он закончил, солдаты начали возводить стену. Через десять дней все было готово. Коммуникации перерезали, даже линии берлинского метро разделились.
На знаменитых кадрах кинохроники — строители и плачущие берлинцы: на Западе у многих остались родственники и друзья. На пленке сохранились даже первые попытки побега из ГДР: люди перелезают через колючую проволоку и выпрыгивают из окон приграничных домов, выходивших на западную сторону. Там их ловили на растянутые пожарные тенты. Вот пожилая женщина высовывается из окна — она рыдает. Бросает последний взгляд на родственников, оставшихся на западе, и отходит вглубь комнаты. Через несколько мгновений окно замуровано.
В конце 1980-х стена была уже не столь непроницаемой. Люди пользовались обходными путями — через Венгрию и Чехословакию, которые уже почти простились с социализмом. А когда многолетний лидер Эрих Хонеккер подал в отставку, его преемники уже не смогли сдержать волну событий.
